Лучшие аудиокниги на русском языке: слушайте бесплатно на Audiobukva.com, страница 4449

Иногда даже в самый, казалось бы, благополучно завершавшийся день могут произойти события, разделяющие жизнь на ДО и ПОСЛЕ. Никто не может быть готов ко всему, но нужно стремиться проводить дни так, чтобы замечать, любить и ценить тех, кто нам дорог, здесь и сейчас, не откладывая этого на потом.

Жизнь молодой пары складывалась счастливо, пока однажды он не случайно не проснулся ночью…

Вадим Николаевич Макшеев родился 4 сентября 1926 года в Ленинграде. Детство провёл в Эстонии. В 1941 году, за неделю до начала войны, во время массовых репрессий в Прибалтике, был арестован его отец, бывший белогвардеец, который погиб в концлагере на Северном Урале. Вадим Макшеев пятнадцатилетним подростком вместе с матерью и малолетней сестренкой был отправлен в ссылку в Нарымский округ на Васюган. В 1943 году в один и тот же день умерли мать и сестренка будущего писателя. Единственный выживший из семьи, он находился на спецпоселении еще двенадцать лет. Во время войны Вадим Макшеев работал в колхозе, затем на рыбозаводе, потом пятнадцать лет опять в колхозе. В шестидесятых годах Макшеев стал журналистом. Первый рассказ «Исполинка» он опубликовал в «Сибирских огнях» в 1969 году, а в 1973 году вышла его первая книга рассказов «Последний парень». В конце 1990-х годов Вадим Макшеев написал о своих родителях и о своём непростом детстве повесть «И видеть сны».

Рассказывая о медицине, о жизни и смерти, о самом себе, автор ведет разговор с читателем, собой и собственной совестью, и он откровенен до беспощадности… Он рассказывает о том, чего удалось добиться за сорок лет работы в гуманитарных науках теории мышления, психологии, социологии и медицине… Он советует, как следует жить, чтобы укрепить свое здоровье, сохранить до глубокой старости ясный ум и работоспособность. Как лучше организовать свой труд, отдых, питание, семейную жизнь, и почему вредны всякого рода излишества…

«Попасть в больницу у нас более или менее просто. В привилегированную или специализированную – это по очереди, по блату, по деньгам, а в городскую клиническую – по “скорой”. Там-то я и оказался. Никакой катастрофы я в тот день не ожидал. Когда она случилась и я оказался в больнице, в моем сознании, не сразу, разумеется, а только после реанимации, проявилась вот такая формула: все в мире, особенно катастрофическое, случается вдруг. И сразу иное ощущение мира и себя. Понимаешь, что летишь в тартарары, но остановиться не можешь. Ужасное открытие сделал маркиз де Сад, а потом подтвердили на опыте нацисты с большевиками: человек привыкает ко всему, к самому ужасному унижению и продолжает жить. Конечно, есть длительный период подготовки катастрофы, но он идет скрыто от тебя, хотя потом вспоминаешь, что звоночки были»…

Чокнутый Люк Брэдли с первого класса был грозой всех окрестных мальчишек, и главный герой, Дэвид, боялся его не меньше прочих. Однажды Люк потащил его вместе с братом в старый форт — поглазеть на мертвого мальчика в картонной коробке (ведь это круто!). И тогда поводов для страха у Дэвида прибавилось, ведь мальчик оказался не совсем мертв…

Восемь лет назад полицейской группе, в состав которой входил опытный судмедэксперт Дэвид Хантер, удалось поймать «дартмурского маньяка» Джерома Монка, терроризировавшего провинциальный городок. Все члены команды давно потеряли друг друга из виду. Но… Монк бежал из заключения. И теперь один из тех, кто вёл дело Монка убит. Вторая ранена и страдает от амнезии. А третий, похоже, многое недоговаривает…  Монк пытается свести счёты с теми, кто упрятал его за решётку? Такова версия полиции. Но Хантер, ведущий собственное расследование, всё сильнее убеждается — за делом «дартмурского маньяка» стоит кто-то ещё…

В настоящее издание сочинений Федорова, оригинального мыслителя-энциклопедиста и утописта, основателя «космического» направления в русской научно-философской мысли, включены главные его произведения из двухтомника «Философия общего дела», еще до революции ставшего библиографической редкостью, а также статьи и письма из недавно обнаруженных рукописных материалов к 3-му тому. Знакомство с идейным наследием Федорова поможетуглубить представление о сложных путях развития русской философской мысли XIX п. Книга рассчитана на всех интересующихся историей русской философии.