
Добро пожаловать на
Audiobukva.com – ваш источник лучших аудиокниг на русском языке! Мы предлагаем уникальную возможность окунуться в мир слов и историй, не отрываясь от повседневных забот. Наши аудиокниги – это не просто записи текстов, это волшебные перформансы, созданные профессиональными актерами и голосовыми артистами. С нами вы сможете путешествовать в разные эпохи и миры, переживать захватывающие приключения и исследовать глубины человеческой души. Погрузитесь в увлекательный мир аудиокниг вместе с Audiobukva.com! С нами чтение становится удовольствием, а каждая история – незабвенным приключением. Начните свое литературное путешествие прямо сейчас и откройте для себя бескрайние миры слов и воображения.

420
– Называть машину – восхитительная работа! Сначала “Тойота” давала имена простыми английскими буквами. Потом руководитель компании использовал простые, но осмысленные клички вроде “Мастер” или “Краун”. После того, как “Краун” стал популярным, ему понравилось называть все машины с буквы “Си” (читается как “К” или “Ц”.– Прим. ред.): “Корона”, “Креста”,“Королла”, “Целика”, “Цельсиор”. Где-то в 60-х менеджеры по планированию продаж, продвиженцы, инженеры и дизайнеры вошли в “Комитет имянаречения”. Сейчас линия моделей на “Си” стала бесчисленной, поэтому используются слова, начинающиеся с других букв.

207
Содержание:
Человек в футляре
Душечка
Дама с собачкой
На святках

200
Содержание:
Припадок
Скучная история
Гусев Жена
Попрыгунья
В ссылке
Плата №6
Страх
Володя большой и Володя маленький
Черный монах
Скрипка Ротшильда
Студент
Учитель словесности
Супруга
Анна на шее
Белолобый
Ариадна
Дом с мезонином
Моя жизнь
На подводе

255
Содержание:
Письмо к ученому соседу
Торжество победителя
Смерть чиновника
Дочь Альбиона
Тонкий и толстый
Трагик
Экзамен на чин
Хирургия
Хамелеон
Винт
Налим
Лошадиная фамилия
Злоумышленник
Унтер Пришибеев
Горе
Тоска
Переполох
Шуточка
Гриша
Хористка
Пассажир первого класса
Нахлебники
В суде
Необыкновенный
Мечты
Оратор
Ванька
Шампанское
Нищий
Враги
Темнота
Верочка
Выигрышный билет
Володя
Счастье
Драма
Беззаконие
Отец
Свирель
Почта
Задача
Старый дом
Холодная кровь
Дорогие уроки
Беда
Каштанка
Рассказ госпожи NN
Без заглавия
Спать хочется
Степь
Огни
Неприятность
Красавицы
Именины

254
Начало двадцать первого века. Читателю открывается альтернативная реальность, в которой, как в осколке разбитого хрустального шара, отражаются все причуды самой большой в мире страны. Кажется, все здесь вымышлено и все не по-настоящему. Но, присмотревшись внимательнее, начинаешь замечать предательски похожие на саму жизнь непростые ситуации, от попадания в которые не застрахован никто. Потратив все силы на барахтанье в будничной рутине и на секунду остановившись, многие пытаются понять – что можно успеть за отведенное Богом время? Почему ответ на этот вопрос у каждого свой? Отчего одни строят долгосрочные планы, другие ищут выигрыша «здесь и сейчас», а третьи просто плывут по течению, не задумываясь о будущем? Подобным размышлениям предается главный герой романа – обычный молодой человек, только окончивший институт.
Трудно представить, как повернулась бы его судьба, если бы не случайное попадание в структуры вновь организованной партии «Аскеты России». Это необычное политическое движение, как магнитом, притягивает «обреченных на победу». Таких людей мы встречаем ежедневно: «аскеты» не уступают места в троллейбусах, не стесняются знакомиться с самыми сногсшибательными девушками, а утром говорить им «наша встреча была ошибкой». Первыми бегут к столикам с едой и напитками на фуршетах, расталкивая застенчивых и менее расторопных простофиль. «Аскеты» умеют без стука войти в любую дверь и умудряются снимать сливки там, где остальные молчаливо разводят руками. «Кто сказал, что играть нужно по правилам? И почему их нельзя пересмотреть?» Это слова лидера аскетов Клима Моржового, противоречивая и харизматичная фигура которого обросла огромным количеством слухов и домыслов. Бесстрашный и безжалостный, но в то же время где-то дружелюбный и немногословный политик, уверенный, что его современникам очень повезло жить с ним в одной стране, всегда действует исходя из собственных принципов новой формации сознания общества. Встреча с ним переворачивает представление о жизни любого обывателя.
Обретет ли главный герой любовь, счастье, уважение коллег и близких? Сможет ли по мере заполнения его сознания желтым туманом «аскетизма» устоять и не превратиться в одного их них? А может, это мы с вами превращаемся? Может быть, наша реальность – альтернативная?

287
Мир, созданный Андреем Платоновым, это мир гениальных, самоотверженных и влюбленных в жизнь людей. Для них не существует препятствий на пути переустройства и всей вселенной. Подвиг для этих людей — скорее обыденность, чем вынужденная мера. Их сердца наполнены неподдельной страстью к своему делу и любовью к Родине, нежностью и мужеством. Их миллионы, и все они живут в мире, описанном Андреем Платоновым.

469
Ю. Трифонов был писателем, во многом сформировавшим духовный облик мыслящего поколения 70 – 80-х годов. Повесть «Дом на набережной» в представлении не нуждается. Это одно из самых известных в России и за ее пределами произведений писателя.
«… Около часа ночи раздался телефонный звонок. Глебов почувствовал сквозь полусон, как его охватил гнев, сердцебиение усилилось, и он проворно, по-молодому соскочил с тахты и почти опрометью бросился к телефону, стоявшему на столе: успеть сорвать трубку прежде, чем схватит трубку нижнего телефона Маргошка, и дать нахалу взбучку! Был уверен, что звонит Толмачев.
Но голос был незнакомый, какой-то расхлябанный, хулиганский.
– Здравствуй, Дуня, новый год… Не узнаешь? А? – хрипел хулиган. – То узнает, то не узнает. Вот задница. А который час-то? Ну, второй, подумаешь, детские времена. Интеллигенция об эту пору еще не ложится… Решает вопросы. Мы тут с одним мужиком сидим… А помнишь, какие у меня были финские ножички?
– Помню, – сказал Глебов и действительно вспомнил: ножичков было штук пять, все разного размера. Самый маленький был с папироску. Левка приносил их в школу и хвастался. И еще сверкающий стальной пистолет с костяной ручкой, как настоящий.
В кабинет вошла Марина, спросила испуганным взглядом: «Кто?» …»

279
Юрий Трифонов — один из самых известных современных отечественных прозаиков, чье творчество в течение десятилетий вызывало горячий отклик читателей и бурные споры критиков, а в период застоя, наряду с другими лучшими произведениями искусства, поистине было тем глотком кислорода, благодаря которому общество выжило и сохранило душевное, нравственное здоровье. Городские повести Трифонова — «Обмен», «Долгое прощание», «Предварительные итоги», «Другая жизнь» — относятся к той части его творчества, которую можно охарактеризовать как нравственно-психологическую прозу. В них с особой силой проявилось единство социально-психологического и духовно-нравственного поиска писателя, обнаружилось его умение соотносить вопросы злободневные, актуальные, касающиеся конкретных реалий советской жизни 70-х годов, с общефилософскими проблемами, проблемами бытия, теми «проклятыми» вопросами русской жизни, которые всегда волновали лучших наших писателей. Быт и бытие — так вкратце можно было бы охарактеризовать содержание и проблематику этих произведений.
Действие в повестях Ю.Трифонова происходит в обычных московских квартирах и заурядных дачных владениях. В его персонажах — инженерах, научных сотрудниках, преподавателях, актрисах, ученых, даже писателях — читатель безошибочно угадывает себя. Его проза, утверждал автор, «не про каких-то мещан, а про нас с вами», про рядовых горожан.
Название повести «Предварительные итоги» (1970) обозначило особый тип повествования. Герой повести приходит к промежуточному нравственному рубежу, после которого его жизнь должна коренным образом измениться, подводит «предварительные итоги» своей жизни, внешне вполне благополучной и устроенной, но лишенной глубокого смысла и внутренней стабильности. Он с горечью признается себе, что «знания его приблизительны, интеллигентность показная». Он прекрасно понимает, что самые близкие его люди — жена и сын — эгоистичны и бездушны, но он ничего не в силах изменить. Он обречен на компромиссное существование, он, по выражению самого Трифонова, «сдается существованию».