Лучшие аудиокниги на русском языке: слушайте бесплатно на Audiobukva.com, страница 5517

Автобиографический роман-воспоминание о петербургской юности «Черты из жизни Пепко» (1894) Одна из лучших книг Мамина-Сибиряка, в которой рассказывается о первых шагах Мамина в литературе, о приступах острой нужды и моментах глухого отчаяния. Он ярко обозначил миросозерцание писателя, догмы его веры, взгляды, идеи, которые легли в основу лучших его произведений: глубокий альтруизм, отвращение к грубой силе, любовь к жизни и, вместе с тем, тоска о ее несовершенствах, о «море печали и слез», где столько ужасов, жестокостей, неправды. «Неужели можно удовлетвориться одной своей жизнью. Нет, жить тысячью жизней, страдать и радоваться тысячью сердец — вот где жизнь и настоящее счастье!» — говорит Мамин в «Чертах из жизни Пепко».

Спокойная жизнь в пригороде, да и в семье нарушена необычным случаем – муж после гипнотического сеанса начинает читать мысли соседей и раскрывать их порочные тайны. Мистерия развивается – Тома Уоллиса начинает посещать таинственная женщина, которая вынуждает его раскрывать правду давно забытой трагедии.

Миссис Магликадди отправилась в гости к своей старинной приятельнице мисс Марпл. На несколько мгновений она стала свидетелем страшной картины: в поезде, идущем параллельно, какой-то мужчина душит женщину. Встревоженная Миссис Магликадди обратилась в полицию, где ее сообщение нашли причудой старой леди. Впрочем, обещали все проверить. На мисс Марпл рассказ подруги произвел совсем иное впечатление. Хорошо зная подругу, она уверенна, миссис Магликадди действительно стала свидетельницей убийства. Но полиция труп не нашла и повод вести расследование формально отсутствует, как и свидетели убийства и какие-либо улики. Но мисс Марпл не намерена уступать, она берется за расследование.

Слободка под Херсоном. Оккупация. Отец Юрки ушел в партизаны. Десятилетний мальчик живет у друга отца. Когда немцы начинают репрессии против семей подпольщиков, мальчик бежит в степь, надеясь на скорое освобождение города Советской армией… За свою жизнь Константин Георгиевич дважды работал военным корреспондентом. Начал карьеру военного репортера после Октябрьской революции, в 1917 году. Именно в этот период началась гражданская война, и Паустовский попадает в состав петлюровской армии, а затем присоединяется к красной армии. С началом Великой Отечественной Войны он вновь начинает работу военного корреспондента, на Южном фронте. Пишет немало рассказов. Один из них — «Степная гроза», написанный в 1944 году.

Перед нами прекрасный образец прозы Н.С. Лескова. Это затейливый сюжет приправленный ароматами христианской Византии. Действующие лица проживают свои жизни в декорациях Дамаска и Эдессы. Одним словом, иконописная старина.Главная сюжетная линия, это суд Божий над двумя христианами, Ермием и Памфалоном. Ермию, богатому чиновнику, отвергнувшему богатство, отпустившему рабов и раздавшему богатство бедным, удалившемуся от мира, впавшему в столпничество и простоявшему 30 лет на скале в молитвах, противопоставлен образ мирянина Памфалона, городского шута и скомороха. Он зарабатывает себе на пропитание веселя на пирах богатеев и получает за свой труд подачки с барского стола вперемежку с оскорблениями и надругательствами. Вспоминается Евангельский сюжет. Лука повествует о разбойниках казнимых одновременно и рядом с распятым Иисусом. Один, злобствуя, издевается над Иисусом, понуждая его сойти с креста, раз уж он сын Божий и Царь Иудейский. Другой разбойник одергивает злобствующего, жалея Христа, забывая о собственных муках. И вот отклик сына Божьего: « Нынче же будешь со мною в раю»….И все это в нескольких строках.

Яркий утопический роман, главным героем которого выступает новый президент, пытающийся достучаться до сознания людей. Он вступает в смертельную схватку с мировой элитой, олигархами и криминальным миром. В этой неравной борьбе президент, опираясь на обычный народ, начинает создавать общество высшего эволюционного уровня, где царит гуманизм и справедливость, делая Россию образцом для всего мира. Чем все это закончится, повествует эта книга, предоставляющая читателю право на размышление, возможен ли такой вариант в наши дни или нет.

Знали бы физик Старков и трое его практикантов, какой страшный сюрприз преподнесет им удачный эксперимент со временем.

Без меня рынок неполный! – вздохнул я и взял в руки телефонную трубку – опять нужно куда-то наниматься. Газета, в которой я работал, закрылась в начале этого года. В эпоху рынка мелкие издания мельтешили, как микробы, поглощая друг друга. В общем, к следующему дню у меня сформировался огромный пакет предложений: сторож в православном храме или сторож в синагоге. Прибежав к храму (пообщавшись с Нинико, женой моей, потом несколько часов бегаю, намагниченный ею), услышал звон колоколов: от него голуби снялись со своих мест и полетели вокруг церкви, а потом снова уселись на свои места. Я простоял службу, черпая силы из океаноподобного баса архидьякона, а потом подошел к настоятелю спросить о работе.