Бесплатные Аудиокниги от автора "Соколов Глеб" на Audiobukva.com, страница 5

Глеб Соколов «Чайки» — роман, в котором есть все: преступления, мрачные тайны, семейные «скелеты в шкафу»… Автор предварил его эпиграфом «Всем влюбленным, вместившим в свои души величайшее счастье и несчастье мира, посвящаю». Потому что этот роман, конечно же, про любовь! Ту, которая может стоить жизни…

Из статьи Александра Люсого «Перистальтизация, или Мелькающий реализм мелькающего жанра» (О романе Глеба Соколова): "… Герой окзывается во власти собственной замкнувшейся в себе постфизиологии. Адекватный реализм в таких условиях может быть магическим, мелькающим, бурчащим. Замелькацкий – такова говорящая фамилия героя, не склонного специально заморачиваться какими-то проблемами, внезапно оказывается парализован в самых неожиданных моментах и местах насекомыми страданиями, вихрями своей собственной бездны.«Все движения Замелькацкого (Замзакатского? – А.Л.) вмиг опять стали деревянными, неловкими, он не двигался вместе с людьми из толпы, а создавал всем преграду, опять ему сзади стали наступать на пятки, раз – с такой силой, что чуть не оторвали каблук...». Хорошо хоть не ломают хребет своими каблуками, как случилось с Грегором Замзой..."

Что делать молодому человеку, если приснился страшный сон? А если начинает казаться, что сон сбывается?.. Отбросить страхи и продолжать заниматься прибыльным дельцем, в которое совсем недавно начал втягиваться, несмотря на риск оказаться за решеткой? Жить, как жил, насмехаясь над сверстниками-неудачниками, которые предаются наивным мечтам, а в действительности могут рассчитывать только на одну жизненную перспективу — безденежье, безработицу, бесконечные унижения в разных конторках и фирмешках? Или все же задуматься? Но о чем — о собственных фантастических страхах? А может, купить билет на поезд — исчезнуть на какое-то время из Москвы? Но получится ли при этом сбежать от страшного сна?..

Слишком много вопросов встает в одно утро перед Никитой Килькиным. Ничуть не меньше, чем появится скоро в его жизни случайных (или неслучайных?!) знакомых — мутных личностей, жалких неудачников, которые, тем не менее, проводят долгие вечера и ночи, таскаясь из ресторана в ресторан, выпивая, закусывая… Рассказывая дикие небылицы, заставляя Килькина задаваться новыми вопросами… И везде, где бы они ни оказались в эту ночь — рассчитываться банкнотами… Его, Килькина, банкнотами!

Что делать молодому человеку, если приснился страшный сон? А если начинает казаться, что сон сбывается?.. Отбросить страхи и продолжать заниматься прибыльным дельцем, в которое совсем недавно начал втягиваться, несмотря на риск оказаться за решеткой? Жить, как жил, насмехаясь над сверстниками-неудачниками, которые предаются наивным мечтам, а в действительности могут рассчитывать только на одну жизненную перспективу — безденежье, безработицу, бесконечные унижения в разных конторках и фирмешках? Или все же задуматься? Но о чем — о собственных фантастических страхах? А может, купить билет на поезд — исчезнуть на какое-то время из Москвы? Но получится ли при этом сбежать от страшного сна?.. Слишком много вопросов встает в одно утро перед Никитой Килькиным. Ничуть не меньше, чем появится скоро в его жизни случайных (или неслучайных?!) знакомых — мутных личностей, жалких неудачников, которые, тем не менее, проводят долгие вечера и ночи, таскаясь из ресторана в ресторан, выпивая, закусывая… Рассказывая дикие небылицы, заставляя Килькина задаваться новыми вопросами… И везде, где бы они ни оказались в эту ночь — рассчитываться банкнотами… Его, Килькина, банкнотами!

Бармен посмотрел на него с некоторой тревогой. Видимо, закралось подозрение: допив которое уже по счету виски, посетитель просто пристрелит его, спокойно вычистит кассу и неспеша выйдет на улицу навстречу ночи, ветру и урагану, который через считанные часы сметет в этом городе все. В том числе и следы совершенных преступлений…

Из статьи Александра Люсого «Перистальтизация, или Мелькающий реализм мелькающего жанра» (О романе Глеба Соколова): "… Герой окзывается во власти собственной замкнувшейся в себе постфизиологии. Адекватный реализм в таких условиях может быть магическим, мелькающим, бурчащим. Замелькацкий – такова говорящая фамилия героя, не склонного специально заморачиваться какими-то проблемами, внезапно оказывается парализован в самых неожиданных моментах и местах насекомыми страданиями, вихрями своей собственной бездны.«Все движения Замелькацкого (Замзакатского? – А.Л.) вмиг опять стали деревянными, неловкими, он не двигался вместе с людьми из толпы, а создавал всем преграду, опять ему сзади стали наступать на пятки, раз – с такой силой, что чуть не оторвали каблук...». Хорошо хоть не ломают хребет своими каблуками, как случилось с Грегором Замзой..."

Им много достается, насквозь промокшим дням в конце сентября. Всего: мокрой грязи на колесах грузовиков, чертыхания пешеходов, которых обдало брызгами проехавшее у кромки тротуара спешащее в аэропорт такси, резких порывов ветра, превращающих мелкий дождичек в перекрестный пулеметный огонь, от которого не спасет и широкий зонт. Но больше другого этим дням достается непонятного, странного чувства: жизнь мокрой землей проседает вниз, и кажется, вот-вот обнажится скрытое под верхним слоем почвы нечто: то ли второпях закрытый сундук, то ли неглубоко схороненный мертвец. Вынырнет это нечто из своего подземного схрона, и что произойдет?.. Озолотит тебя судьба неожиданным кладом? Напугает до смерти, засмердив воздух вокруг запахами разложения?...

Глеб Соколов «Шанс номер два» — опубликовано издательством «Эжва» в 1992 г. в художественно-публицистическом альманахе «Из жизни мужчин» (Вып. 1).

Головная боль, надпись «Сеть недоступна» на экране телефона, не работает радио, телевидение. Кружится голова, сознание усользает... Свет в кабине лифта неожиданно наснет, поезд метро останавливается между станциями в тоннеле... Что происходит?! Краш-тест!