Аудиокниги в Исполнении "Абдуллаев Джахангир": Очарование Слов и Искусства Голоса, страница 16

Повесть Э.Хемингуэя «Старик и море», за которую автор получил в 1954 году Нобелевскую премию, уже давно стала современной классикой. История рыбака Сантьяго — это ист ория нелегкого пути человека на земле, каждый день ведущего борьбу за жизнь и вместе с тем стремящегося сосуществовать в гармонии и согласии с миром, осознающего се бя не одиночкой, как было в предыдущих произведениях писателя, а частицей огромного и прекрасного мира.

Сразу после родов королева умерла, успев лишь дать мальчику имя — Тристан. Король женился снова, а мальчик рос вдали от дома, красивым и сильным. Когда ему исполнилось 12 лет, он стал служить своему дяде — королю Марку.

Настоящие перлы можно найти не только в произведениях классиков, но и в школьных тетрадях. Выбраны самые «выдающиеся» отрывки из школьных сочинений, которые заставят расплакаться любого учителя, разумеется, от смеха!

1. Дантес не стоил выеденного яйца Пушкина.
2. Любил ли Обломов Ольгу? Да, но как-то по-русски: лежа, вяло и очень недолго…
3. В своей жизни Обломов имел только одного Захара.
4. Тургенева не удовлетворяют ни отцы, ни дети.
5. Под старость лет его приковало к постели раком.
6. Базаров предавался любви на смертном ложе.
7. Онегин, как и все помещики, родился не в роддоме, а на брегах Невы.
8. В отсутствие Онегина Татьяна часто ходила в его кабинет, где постепенно из девушки превращалась в женщину.
9. У Онегина было тяжело внутри, и он пришел к Татьяне облегчиться.
10. Онегин был богатый человек: по утрам он сидел в уборной, а потом ехал в цирк.
11. Плюшкин навалил у себя в углу целую кучу и каждый день туда подкладывал.
12. Наташа была истинно русской натурой, очень любила природу и часто ходила на двор.
13. Толстой сделал Наташе четверых детей.
14. Первые успехи Пьера Безухова в любви были плохие — он сразу женился.
15. Суворов был настоящим мужчиной и спал с простыми солдатами.
16. Пугачев помогал Гриневу не только в работе, но и в любви к Маше.
17. Герасим бросил Татьяну и связался с Муму.
18. Андрий! – вскричал Тарас. – Чем я тебя породил, тем и убью!
19. Анна Каренина не нашла ни одного настоящего мужчины и потому легла под поезд.
20. Не успела колхозница сойти с трибуны, как на неё взобрался председатель колхоза.
21. Фамусов осуждает свою дочь за то, что Софья с самого утра и уже с мужчиной.
22. Соня Мармеладова изо всех сил занималась проституцией.
23. Семь гномов очень любили Белоснежку, потому что она была добрая, чистоплотная и никому не отказывала.

О жизни Георгия Саакадзе после изгнания из Грузии известно не так много, что заметно по содержанию второй книги Анны Антоновской про Великого Моурави. Стиль изложения также не утратил тяжеловесности. Хочется спросить автора, зачем он мучил себя и будущего читателя, рассказывая историю не столько о самом Саакадзе, сколько наполняя повествование множеством персонажей, чьи диалоги хоть и формируют общее впечатление о происходящих событиях, но при этом продолжают оставаться стенографией чьих-то бесед о ситуации вокруг и возможном развитии событий.

Саакадзе всегда хотел объединить раздробленную Грузию в единое государство. Только как усмирить гордость грузин, каждый из которых думает только о себе? Казалось бы, сломить таких людей трудно. Сделать это изнутри — невозможно. Для этого нужен сильный правитель. Только измельчали все государи. Нет и не ожидается никого, кто бы стал подобным Давиду Строителю или царице Тамар. И Саакадзе нашёл решение. Каким бы тяжёлым оно не казалось и как бы не относились после этого к нему сородичи. Пришлось Великому Моурави принести себя в жертву обстоятельствам, как и родную страну принести в жертву соседним государствам. Если не получается мирно решить проблему, значит надо её устранить чужими руками. Изгнание Саакадзе благоприятствовало этому.

Как на Руси нет до сих пор единого мнения касательно деятельности Александра Невского, видевшего в порабощении Ордой возможность из раздробленной земли создать единую, так и Георгий Саакадзе планировал с помощью вторжения Ирана добиться желаемого. Пусть Грузия падёт, но она будет объединена. А тогда уже можно будет думать о том, что делать дальше. Главное — цель будет достигнута. Время же освежающего дождя ещё успеет наступить. Именно об этом старается рассказать Анна Антоновская, наполняя сюжет лишними деталями, которые могут быть важны для интересующихся данным историческим отрезком, тогда как рядовой читатель так до конца и не разберётся в хитросплетениях взаимоотношений между раздробленной Грузией и её соседями.

Антоновская с прежней силой делает упор на Россию, с которой связывает надежды грузинского народа на избавление от захватнических планов южных соседей, мусульман. На глазах читателя бурлит котёл противоречий, где важным является не стремление христиан объединиться и дать отпор сторонникам исламской веры, сколько желание не допустить порабощение одного народа другим. Как быть при этом с желанием Саакадзе — непонятно. Георгий проникся чуждой ему культурой, изучив её основательно, но не допуская в мыслях, чтобы он сам стал мусульманином — после этого он уже никогда не сможет объединить Грузию. Антоновская посвятит этому много страниц. Но Грузия всё-таки падёт. Чем-то нужно пожертвовать во имя благой цели. Может тогда грузины объединятся в единое целое. Именно на это надеялся Саакадзе.

Кажется удивительным, у Саакадзе остались сторонники. Сколько бы он не находился в изгнании — в его возвращение продолжали верить. Только никто не предполагал, как именно вернётся Георгий. Ранее он ратовал за справедливость, искоренение рабства и мирное сосуществование. Кто же знал, что Великий Моурави приведёт в страну захватчиков, подсказав им все действия, с помощью которых Грузия будет покорена. Сложно оценить шаги Саакадзе. Однако, потомки его деятельность воспринимают в позитивном ключе. Неважно, каким образом Грузия жила дальше, как боролась за себя и отчего влилась в состав Российской Империи, потом Советского Союза и в итоге, насобирав земель больше, нежели смела иметь, обрела свой нынешний вид. Важно, что жили и живут в ней люди, готовые пойти на любую жертву, лишь бы не допустить её нового развала.

Автор: Константин Трунин

Сейчас, когда за моей спиной 603 озвученных чеховских произведения, включая также крупные пьесы, повести и очень малые произведения по хронометражу звучащие 44 секунды, со мной можно обсудить всего Чехова, то есть, все его произведения, их сюжет, композицию, стиль и способ написания, наконец, идею, но а главное, подчёркиваю, — ОБСУДИТЬ ЧЕХОВСКИЕ ПРОИЗВЕДЕНИЯ С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ИХ ОЗВУЧАНИЯ ИЛИ ХУДОЖЕСТВЕННГО ЧТЕНИЯ. Сразу оговорюсь: озвучивать классику — дело не простое, а особенно Чехова, и связано это прежде всего с подлинностью звучания чеховских персонажей.

Вторая книга знаменитой исторической трилогиии «Золотая Орда». Ильяс Есенберлин — впервые в казахской литературе сумел систематизировать отдельные исторические материалы сложнейшего периода расцвета и падения Золотой Орды. Автор с эпическим размахом отобразил реальный динамизм исторических событий, создал неповторимые образы людей Великой степи той эпохи.

«Маяковский засунул руку в штаны и вынул оттуда самое дорогое, поднял его высоко и сказал: «Я – гражданин Советского Союза!». Эта фраза из ученического эссе давно стала своеобразной классикой, а наши дети регулярно пополняют коллекцию литературных ляпов все новыми и новыми по-детски наивными формулировками.

А кто такой Вася Пупкин?

А это — собирательный образ российского школьника, из-под пера которого выходят самые что ни на есть перлы, заставляющие учителей словесности смеяться не только до слез, но и хохотать до колик в животе. А на самом деле, перед вами образцы литературного невежества и то, как нельзя сочинять! Хотя, в этих перлах есть нечто, что заставляет нас от души посмеяться.

В Выпуске №3 «Перлы Васи Пупкина» представлены «перлы» по Толстому и Чехову. 

1.  «Анна Каренина бросилась под поезд, и он долго влачил ее жалкое существование».
2.  «Анна Каренина не нашла ни одного настоящего мужчины и потому легла под поезд».
3.  «Машинист поезда и сам не мог толком объяснить, как он очутился на Анне Карениной».
4.  «Чехов, как и Толстой, показал женщину в расширенном виде».
5.  «Герои Чехова — маленькие, плюгавенькие и паршивенькие люди».

Подобные фразы давно стали своеобразной классикой, а все новые и новые по-детски наивные формулировки регулярно пополняют коллекцию школьносочинительских ляпов.