Добро пожаловать в увлекательный мир аудиокниг, озвученных талантливым исполнителем "Абдуллаев Джахангир". Наши произведения - это не просто слова, а настоящие истории, оживаемые уникальным голосом. Исполнитель не просто рассказывает истории, он делает их живыми, наполняет каждый персонаж и каждую сцену эмоциями и драмой. Слушая аудиокниги в исполнении этого артиста, вы погружаетесь в мир фантазии и воображения. Исполнитель придает произведениям не только звук, но и душу, заставляя слушателя пережить каждую секунду приключения вместе с героями. С его участием каждая история становится неповторимой и захватывающей. Проведите вечер в уюте, наслаждаясь аудиокнигами в исполнении этого талантливого артиста. Позвольте его голосу унести вас в мир удивительных историй, где каждый звук и интонация создают атмосферу, в которой невозможно устоять. Выбирайте удовольствие от прослушивания - выбирайте аудиокниги в исполнении настоящего мастера. Погрузитесь в мир слов и звуков, созданный именно для вас - с Audiobukva.com.
142
Гробовых дел мастер Яков Иванов по прозвищу Бронза жил в постоянной злобе, подсчитывал убытки, да бранил жену свою. Лишь перед смертью осознал он всю бессмысленность своей прожитой жизни — так наконец достучалась и до него мудрость. Перед самой своей кончиной Яков завещает бедному жиду Ротшильду, которого, кстати, он ненавидел, самое ценное, что у него было, — СКРИПКУ.
«…И почему человек не может жить так, чтобы не было этих потерь и убытков? Спрашивается, зачем срубили березняк и сосновый бор? Зачем даром гуляет выгон? Зачем люди делают всегда именно не то, что нужно? Зачем Яков всю свою жизнь бранился, рычал, бросался с кулаками, обижал свою жену и, спрашивается, для какой надобности давеча напугал и оскорбил жида? Зачем вообще люди мешают жить друг другу? Ведь от этого какие убытки! Какие страшные убытки! Если бы не было ненависти и злобы, люди имели бы друг от друга громадную пользу…»
142
Они вдвоём с матерью живут на даче, а муж в городе страдает без ухода. Но так ли это? Решив проведать благоверного, героиня узнаёт, что муж в квартире не появлялся. Немного погодя тот предъявит объяснение, которое устроит женщин, и спокойно продолжит проматывать приданое.
141
Мисаил Полознев по прозвищу «Маленькая польза» — провинциальный дворянин, сын всеми уважаемого архитектора. Ему уже 25 лет, а он никак не может найти свое место в жизни. Побывал и в телеграфистах, и в вольноопределяющихся, и в фармацевтах… В конце концов он начинает работать простым маляром. Среди жителей маленького городка, в котором правят кумовство и взяточничество, такое событие не может остаться незамеченным — общество отворачивается от героя. И невозможно предугадать, чем обернется выбор Мисаила. Преодолением нравственного кризиса, билетом в новую жизнь? Или добровольной изоляцией, регрессом, окончательным падением?
Примечание
Едва был окончен «Дом с мезонином», рассказ, направленный против теории «малых дел», как Чехов принимается за произведение, в котором изображает трагедию человека, пытавшегося претворить в жизнь толстовские идеи. Из письма к Чехову редактора журнала «Нива» А. А. Тихонова (от 25 марта 1896 г.) известно, что начата повесть в феврале 1896 г. 27 апреля писатель извещает Тихонова: «…рассказ, который я пишу для «Нивы», уже подваливает к концу второго листа… сюжет из жизни провинциальной интеллигенции». 16 июня отправляет часть рукописи в журнал: «…посылаю Вам заказной бандеролью свою повесть. Это не половина, а лишь первая треть. Что успел переписать, то и посылаю… Придется исправлять во многом, ибо это еще не повесть, а лишь грубо сколоченный сруб, который я буду штукатурить и красить, когда окончу здание». И только ко 2 августа повесть была закончена.
Беспокоило писателя заглавие повести: «Я телеграфировал Вам название повести: «Моя жизнь». Но это название кажется мне отвратительным, особенно слово «моя». Не лучше ли будет «В девяностых годах»? Это в первый раз в жизни я испытываю такое затруднение с названием» (А. А. Тихонову, 13 сентября). Отвечая 19 сентября Чехову, Тихонов просил его оставить заголовок «Моя жизнь»: «Не знаю, почему Вам так не нравится название «Моя жизнь». Мне оно понравилось своей простотой. Оно, правда, не дает точного представления о содержании повести, но удивительно хорошо гармонирует с ее тоном, со стилем, которым она написана. Напротив, «В 90-х годах» мне кажется претенциозным и более подходящим для исторической повести». Чехов согласился: «Если название «Моя жизнь» нравится Вам, то пусть оно и остается» (24 сентября).
В повести отразились многие таганрогские впечатления Чехова. Как вспоминает его земляк, П. Сурожский («Приазовский край», 1914, № 172), в описании города и в характеристике общества воссоздан именно Таганрог. М. П. Чехов, припоминая «строгость семейного режима» в их детстве, утверждает, что «этот режим все-таки оставил в душе Антона Павловича неприятный след и в его повести «Моя жизнь» есть много автобиографических черт». Кроме того, слова Редьки «Как это он ловко все пригнал!» были произнесены когда-то дядей А. П. Чехова, М. Е. Чеховым, об авторе фарса «Маменькин сынок». Образы Карповны и Прокофия во многом списаны с тетушки Федосьи Яковлевны и «некоего мясника Прокофия Алексеевича», которому действительно принадлежит фраза: «Я вам, мамаша, могу снисхождение сделать. В сей земной жизни буду вас питать на старости лет в юдоли, а когда помрете, на свой счет похороню…» Однако наказан розгами был не он, а купец Китаев из Нижнего Новгорода, в самом деле говоривший во время холеры против докторов («А. Чехов и сюжеты», с. 12–23). Прототипом главного героя повести, как считал Л. Н. Толстой, «послужил небезызвестный опрощенец князь В. В. Вяземский, вызвавший когда-то целый шум в печати» («Чехов в восп.», с. 368).
Сразу после появления повести в журнале писатель И. Л. Леонтьев-Щеглов писал Чехову: «Благодарю Вас много, много, в качестве читателя «Нивы» за Ваш превосходный (со всех сторон) рассказ «Моя жизнь». Вот она, г-жа литература, в ее настоящем виде!» (1 января 1897 г.) 13 декабря отозвался И. Е. Репин: «Моя жизнь» — вот что тронуло меня и произвело глубокое впечатление. Какая простота, сила, неожиданность; этот серый обыденный тон, это прозаическое миросозерцание являются в таком новом увлекательном освещении; так близка душе делается вся эта история! Действующие лица становятся родными, и их жаль до слез. И как это ново! Как оригинально! А какой язык!..» (И. Е. Репин. Письма к писателям и литературным деятелям, с. 141). Очень высоко ценил повесть М. Горький. «Вчера я прочитал «Мою жизнь». — Роскошь!» — пишет он Е. П. Пешковой 22 марта 1899 г. А в 1925 г., говоря о «гигантской политической роли» русской литературы, среди произведений, служивших этой цели, называет и «Мою жизнь» («Горький и Чехов», с. 169).
141
Молодая, обеспеченная женщина мучается вопросом о замужестве. Ей предстоит много размышлять об одиночестве и возможных вариантах женихов.
Примечание
Доп инфо: Впервые — «Русская мысль», 1894, № 1, стр. 154—189. Подзаголовок: Рассказ. Подпись: Антон Чехов.
140
Главный герой рассказывает о том, как он пошутил над чувствами девушки.
Слово от исполнителя
«Жертва» — вот, альтернативное название рассказа, как мне подумалось по прочтению его; жертвой оказалась молодая девушка Надя, над наивностью и доверчивостью которой герой-рассказчик посмеялся, произнося сакраментальные для женского уха слова: «Я люблю вас, Наденька». Причем, произносил он эти слова, во-первых, не единожды, а, во-вторых, не в спокойной обстановке, а именно для девушки в стрессовой, когда они вдвоем скатывались на санках по крутой заснеженной горке. Люди в ситуации стресса становятся куда более гипнабельными. Поверьте мне, бывшему армейскому сержанту, который превращал новобранцев-желторотиков через муштру, а она — своеобразный стресс для новобранцев, в боевую единицу способную выполнить любую команду командира. В психологии, в этой шарлатанской дисциплине, на мой взгляд, даже есть направление Дианетика-55, которая делает людей исполнительными рабами, используя те же армейские методы манкуртирования. Не знаю, владел ли наш герой-рассказчик подобными методами, но девушку он зомбировал. Ей-богу, какое-то отвращение вызывает этот потц! Ведь, он делал это ради забавы!
На мой взгляд, герой-рассказчик — это праздный повеса, который, возможно, сидит в кругу, таких же, как и он, приятелей и с упоением повествует свою историю, скажем, в стиле «Декамерон». Да, ему смешно, как и его приятелям, и о событиях он рассказывает с высоты своей «колокольни». Вот, почему, как я думаю, маэстро Чехов назвал рассказ «Шутка». Можно также подобрать целый синонимический ряд, скажем, вместо «Шуточки», можно было назвать: «Прикол», «Хохма», «Забава», «Турусы» и т.п.
Да, можно, конечно, утверждать: «Мол, герой же Надю не обесчестил, воспользовавшись ее слабостью!.. Она вышла замуж «чистой»». Да, это так, в противном случае, это была бы уже другая история под названием «Бесприданница», в главной роли Ларисы Гузеевой, а не Глафиры Тархановой. «Шуточка!»
Ну и, разумеется, как чтец, скажу: я намеренно одиозных, на мой взгляд, чеховских персонажей наделяю такими же одиозными голосами и манерой говорить, какими они мне представляются. Ведь, по голосу и манере можно сказать многое о личности! Вот, и этому рассказчику я постарался придать неприятный голос, в смысле, лишенный благородства, и соответственную манеру говорить. Так что, не судите данное мое исполнение превратно, типа: «Фу, какой противный голос у чтеца! Не буду слушать!» Или: «Спасибо тебе, Вася, что вовремя меня предупредил не слушать этого гадкого чтеца с противным голосом!» Думаете, я шучу? Это — правда, есть и такие в соцсетях: типчики лишь с двумя функционирующими извилинами в мозгу. Но, слава богу, подобных немного пока!
В отношении музыкального фона: скажу, что его я подбираю из нескольких соображений: 1) Это — придание аутентичности эпохе и места действия (т.е. не надо ставить ирландскую музыку как фон к чеховским рассказам, так как они посвящены российской действительности, а не ирландской!); 2) музыкальный фон я подбираю под настроение персонажей — минорное/мажорное, под описание места, времени, действия чего-либо. Что-то вроде того, как автор использует описание природы под настроение героев.
И для шибко одаренных: иногда я предоставляю две записи для любителей аудиокниг: с музыкально-шумовым сопровождением и без. Делается это из рачета вкусовых предпочтений слушателей. Это, так сказать, — гибкий подход!
Если, вдруг, у кого-то возникнет острое желание или необходимость критически обсудить со мной мои аудиокниги, можете воспользоваться ссылкой на мой профиль в ФБ. Разумные люди уже давно так поступают! Не бойесь меня, не съем!
Приятного прослушивания!
140
Тихо уйти не удалось. Разбойники добыли Ларец с мощами Святого Киприана, чтобы освободиться от грехов. Да не тут то было!
NB: Самая последняя дорожка под №009 для тех, кто предпочитает слушать без музыкально-шумового сопровождения!
140
«Белолобый» — один из самых ярких рассказов Антона Чехова, посвященных животным. Старая волчица пытается утащить ягненка, но по ошибке в спешке хватает щенка по кличке Белолобый. Волчица только из брезгливости к собакам не ест нежданную добычу, а щенок будто и не понимает, в какой опасности оказался: бежит за ней в логово, ластится, играет с волчатами.
Рассказ «Белолобый» Чехов написал специально для сборника «Детское чтение». Он говорил, что писать для детей невероятно сложно, однако редактор смог убедить писателя: «Вы так любите детей, что найдете что им сказать». Рассказ вышел в 1895 году.
140
В селе Уклеево, спрятавшемся в овраге, было только два порядочных, каменных дома, один из которых принадлежал Цыбукину, епифанскому мещанину, держащему бакалейную лавку, проживавшему в доме с младшим сыном глухим Степаном и его женой бойкой Аксиньей…
Примечание
Повесть А. П. Чехова «В овраге» впервые напечатана в 1900 году в журнале «Жизнь» № 1 с подписью Антон Чехов, включалась в собрание сочинений писателя, издаваемое А. Ф. Марксом в приложение к журналу «Нива» за 1903 год. Для собрания сочинений А. Ф. Маркса автор перерабатывал журнальный вариант повести не менее четырех раз.
При жизни Чехова повесть была переведена на немецкий и французский языки.
Повесть произвела впечатление на Л. Н. Толстого. В 1900 году он писал: «Как хорош рассказ Чехова в „Жизни“. Я был очень рад ему».
Критик Лазаревский отмечал: «Сегодня получил „Жизнь“. Ваше „В овраге“ вещь страшная. Такая, как „Власть тьмы“ Толстого. Когда я прочел, как на маленького Никифора брызнули кипятком, я взволновался так, что читать оставил и дочитал уже потом. Эта вещь еще выше „Мужиков“». А. И. Богданович относил повесть к «самому видному» произведению 1900-го года.
А. Ф. Кони признавался писателю: «Нужно ли говорить Вам, что я читал и перечитывал „В овраге“ с восхищением. Мне кажется, что это лучше всего, что Вы написали, — что это — одно из глубочайших произведений русской литературы». Современные писателю критики единодушно отмечали повесть, как выдающимся явление беллетристики. Критические материалы о повести писали: И. Игнатов, А. М. Скабичевский, А. А. Измайлов, Р. И. Сементковский, П. О. Морозов и др.
Литературный критик Альбов В. П. пишет, что «по глубине мысли и тонкости рисунка — это лучшее из всего, что написано Чеховым». По мнению критика, «В овраге» — проявление новой философии, которую открыл для себя Чехов
