Куликов Сергей - Леонид Луков. Очерк о жизни и творчестве режиссера
51 
Книга посвящена творчеству советского кинорежиссера, известного читателям по фильмам «Большая жизнь», «Два бойца», «Александр Пархоменко» и многим другим, вписавшим яркую страницу в историю отечественного кинематографа.
Популярно и увлекательно автор рассказывает о становлении творческой личности Л. Лукова, формировании его индивидуального стиля, причем говорит об этом в общем контексте исторических социальных событий, оказавших решающее влияние на режиссера.
В фильмах Лукова («Большая жизнь», «Александр Пархоменко», «Два бойца», «Олеко Дундич») запечатлен архетип «донбасского человека» — пассионарного, неудержимого, лишенного рефлексии западного толка. Это не просто работник или воин. Это созидатель, соединяющий в своей натуре сокрушительную силу стихии (огонь металлургии, твердь угольных пластов) с высочайшим жертвенным патриотизмом.
Луков первым заговорил языком кино о том, что Донбасс — это не просто территория, это особое состояние духа. Его герои — шахтеры, металлурги, солдаты — являют собой образец той самой «пассионарности», о которой писал Данилевский: способности к сверхнапряжению, к борьбе с враждебным окружением ради будущего своей цивилизации.
Киностудия Данилевского ставит своей целью не просто архивацию наследия. Оцифровав книгу, озвучив аудиоверсию и осмыслив ее через призму трудов Данилевского, мы переходим к третьему этапу — кинематографическому воскрешению.
Популярно и увлекательно автор рассказывает о становлении творческой личности Л. Лукова, формировании его индивидуального стиля, причем говорит об этом в общем контексте исторических социальных событий, оказавших решающее влияние на режиссера.
В фильмах Лукова («Большая жизнь», «Александр Пархоменко», «Два бойца», «Олеко Дундич») запечатлен архетип «донбасского человека» — пассионарного, неудержимого, лишенного рефлексии западного толка. Это не просто работник или воин. Это созидатель, соединяющий в своей натуре сокрушительную силу стихии (огонь металлургии, твердь угольных пластов) с высочайшим жертвенным патриотизмом.
Луков первым заговорил языком кино о том, что Донбасс — это не просто территория, это особое состояние духа. Его герои — шахтеры, металлурги, солдаты — являют собой образец той самой «пассионарности», о которой писал Данилевский: способности к сверхнапряжению, к борьбе с враждебным окружением ради будущего своей цивилизации.
Киностудия Данилевского ставит своей целью не просто архивацию наследия. Оцифровав книгу, озвучив аудиоверсию и осмыслив ее через призму трудов Данилевского, мы переходим к третьему этапу — кинематографическому воскрешению.