Жанр "Биографии, мемуары" аудиокниг на Audiobukva.com, страница 45

Как человек, родившийся в добропорядочной, но бедной семье, не сумевший усвоить даже курс начальной школы и вынужденный до тридцати семи лет зарабатывать на жизнь ремеслом декоратора, стал выдающимся скульптором, увенчанным всемирной славой? Появление гения Родена — одно из потрясающих явлений в истории мирового искусства. Запечатленные им движение, жест, поза передают безграничный спектр эмоций не менее красноречиво, чем выражение лица. Обладая ярчайшим талантом и гигантской работоспособностью, он оставил после себя сотни статуй и тысячи рисунков, но над некоторыми сюжетами трудился годами и даже десятилетиями. Современник импрессионистов, разрушивших традиционные подходы в живописи, Роден единственный из скульпторов с отчаянной яростью вел борьбу с академическими догмами. Его любовные интрижки обсуждал весь Париж, но он всегда возвращался к одной женщине, на которой женился спустя 53 года после знакомства. Историк и искусствовед Бернар Шампиньоль описывает наполненную потрясениями и напряженным трудом жизнь скульптора в эпоху, когда прежняя система моральных ценностей оказалась разрушенной, а зарождающееся искусство модерна с трудом пробивало себе дорогу.

Повесть рассказывает о жизни и научной деятельности выдающегося ученого, создателя русский физиологической школы, построена на документальных материалах, воспоминаниях жены И.П.Павлова, его учеников. В повести уделено большое внимание семье ученого, его окружению. Перед читателем предстает гениальный ученый, любящий супруг, преданный друг, замечательный педагог и патриот.

«…В церкви с каждым годом все страшнее стоять, но не говорит ли это только о том, что постепенно окончательно снимаются, казалось бы, несокрушимые стены какого-то церковно-византийского благополучия и христианство возвращается к своей первоначальной Голгофе, в Гефсиманский сад. Страшно? Да! Но в этом саду Христос сказал ученикам: «Побудьте здесь и бодрствуйте». И это должно обязать наше сердце, оно должно прислушаться к этому голосу». С. И. Фудель (из частного письма 1971 г.).

Сергей Иосифович Фудель († 1977) — сын известного священника. За свою веру был в лагерях, откуда вел переписку с семьей. Очень жалел, что не смог пойти по стопам отца (священника), но складывается впечатление, что своими книгами Сергей Фудель не менее послужил Господу.

Фуделя называют «самым сокровенным духовным писателем и богословом XX века». Книги Фуделя отличаются подлинной церковностью, следованием святоотеческому духу. Эту евангельскую и святоотеческую подлинность дал Фуделю его исповеднический опыт. Его книги — это не академическое богословие, а живое слово ученика Христова, принявшего Его крест.

«Воспоминания» Фуделя — ценнейший документ истории Церкви. Фудель действительно видел многое. Небывалый расцвет русской культуры в начале XX века. Церковное возрождение. Революцию и гонения. А главное — множество святых — исповедников, мучеников, подвижников. Фуделю действительно есть чем поделиться с нами.

Чаплин стал легендой еще при жизни — живой легендой кинематографа. И в наши дни, когда число «звезд» Голливуда уже сопоставимо с числом звезд на небе, символом кино по-прежнему остается он, вернее, созданный им бессмертный образ — Чарли, нелепый человечек в огромных ботинках с маленькими усиками и громадными печальными глазами. В комических короткометражках начала века десятки героев падали, кувыркались, швыряли друг в друга кремовые торты. Делал это и Чарли. Но в его фильмах герой все чаще стремился не просто рассмешить зрителя, но и пробудить в нем добрые чувства. Кинематограф из простой забавы со временем превратился в высокое искусство — и этим все мы не в последнюю очередь обязаны гению Чарльза Чаплина.

В книге, составленной Ивановым, приводятся уникальные свидетельства о последних годах популярнейшего советского актёра Олега Даля, которому в 2011 году исполнилось бы 70 лет. Артиста вспоминают близкие, друзья, коллеги по театру… Впервые исследуется волнующая многих поклонников Даля тема — загадка его неожиданной смерти. Одна из последних киноролей Даля — обаятельного негодяя Зилова в «Утиной охоте» Вампилова («Отпуск в сентябре») — оказалась для него роковой…

Книга И. Феста с большим запозданием доходит до российского читателя, ей долго пришлось отлеживаться на полках спецхранов, как и большинству западных работ о фашизме. Тогда был опасен эффект узнавания. При всем своеобразии коричневого и красного тоталитаризма сходство структур и вождей было слишком очевидно. В наши дни внимание читателей скорее привлекут поразительные аналогии и параллели между Веймарской Германией и современной Россией. Социально?экономический кризис, вакуум власти, коррупция, коллективное озлобление, политизация, утрата чувства безопасности – вот питательная почва для фашизма. Не нужно забывать, что и сам фашизм был мятежом ради порядка». Наш жестокий собственный опыт побуждает по?новому взглянуть на многие из книг и концепций, которые мы раньше подвергали высокомерной критике. И книга Иоахима Феста, без сомнения, относится к разряду тех трудов, знакомство с которыми необходимо для формирования нашего исторического самосознания, политической и духовной культуры, а следовательно, и для выработки иммунитета по отношению к фашистской и всякой тоталитарной инфекции.

«Нянька» — это мемуары Лайзы, чье детство пришлось на бурные 1960-е — эпоху хиппи, свободы, психоделиков… и ужаса. В центре ее воспоминаний — Тони Коста, человек, который казался ей добрым и заботливым, почти единственным, кто обращал на нее внимание. Он возил Лайзу и её сестру в своем фургоне, угощал сладостями, дарил тепло, которого им не хватало от холодной, поглощенной мужчинами матери. Он был их «нянькой».

Но правда оказалась чудовищной. Тони Коста — тот самый «Джек-Потрошитель эпохи хиппи», серийный убийца, расчленявший девушек, с которыми знакомился через наркотики и доверие. Когда Лайза выросла, она начала заново смотреть на свое прошлое — и поняла, что воспоминания о «няньке» — это не просто осколки детства, а часть истории одного из самых зловещих преступников Америки.

Книга соединяет личную трагедию взросления с жанром true crime, раскрывая, как жестокость может прятаться под маской доброжелательности, а настоящая угроза — быть рядом, оставаясь незамеченной.

Об Александре Беляеве, носящем титул «классика советской фантастики», известно на удивление мало, и современные биографические справки о нем пестрят неточностями. Он — выпускник духовной семинарии и юридического лицея — работал в суде, играл в театре, был журналистом и даже милиционером. После стечения трагических обстоятельств, включая серьезную болезнь, периодически приковывавшую его к постели, жизнь Беляева изменилась: появился писатель-фантаст, тонко чувствующий современность и обладающий даром научного предвидения. Широкое признание пришло к нему посмертно — Беляев умер от голода в оккупированном фашистами Пушкине. Автор книги, известный израильский литературовед Зеев Бар-Селла, опираясь на архивные документы, воспоминания современников, сочинения писателя и критику его творчества, реконструирует биографию Александра Романовича Беляева в контексте сложного времени, в которое он жил и работал.