«Доллар растёт — цены растут. Доллар падает — цены не падают. Значит, дело не в долларе, а в падлах". — из YouTube
Фельетон: Падлы, тарифы и народ
Эпиграф
«Доллар растёт — цены растут. Доллар падает — цены не падают. Значит, дело не в долларе, а в падлах. — из YouTube, или Жизнь как автор
Улица как экономический барометр
На улице Ташкента репортёр задаёт вопрос, который давно мучает экономистов: — Что происходит с ценами?
Народ, как всегда, отвечает без колебаний.
— Да кто ж знает, брат, — разводит руками Ахмед, продавец моркови. — Доллар вверх — цены вверх. Доллар вниз — цены тоже вверх. У нас, видать, гравитация обратная — всё тянет только вверх.
— А тарифы? — уточняет репортёр.
— Электричество подняли, воду подняли, за мусор — подняли, за интернет — тоже подняли. Осталось только воздух сделать по счётчику. Вдохнул — минус сум, выдохнул — два, — смеётся Ахмед, поправляя ценник.
Жаловаться бесполезно, платить обязательно
Бабушка у лотка с яблоками не смеётся.
— Жаловаться надо, — предлагает репортёр.
— Куда? — вздыхает она. — Они там сами всё решают, а мы тут… стоим и платим.
И правда — вся страна будто живёт в этой формуле: «стоим и платим». Цены растут быстрее, чем доверие, тарифы плодятся, как кролики на субсидиях. Экономисты разводят руками, чиновники рассказывают о «мировых тенденциях», а простые люди уже сами стали экспертами по курсу доллара — правда, только на базаре.
На Западе – закон, у нас – «падлы»
На первый взгляд всё просто: доллар подорожал — всё подорожало. Но в действительности доллар давно стал ширмой, за которой трудятся настоящие мастера — местные «падлы». Они умеют удерживать цены на нужном уровне, создавать видимость конкуренции и формировать лояльную аудиторию.
На Западе таких называют лоббистами. Там их контролируют: требуют отчёты, проверяют связи, наказывают за монополии. У нас — наоборот. Здесь падла не скрывается — она улыбается с экрана, рассказывает про «борьбу с инфляцией» и благодарит народ за «понимание».
На Западе с падлами борются цивилизованно. Антимонопольные комитеты следят, лоббисты обязаны отчитываться, журналисты роют под корпорации, а суд может приостановить любое «чудо-рост». У нас же падлы цветут, как сакура весной: красиво, массово и совершенно безнаказанно.
Здесь падла — не фамилия, а должность. Он может контролировать цену на всё: от коммуналки до картошки, от лицензий до воздуха. А если кто-то решит протестовать — ему быстро объяснят, что справедливость не входит в потребительскую корзину.
Философия ларька
— Всё дорожает, — говорит Саид, продавец обуви.
— А зарплаты?
— А зарплаты — стабильны. Это же наша гордость, — отвечает сосед, продавец носков. — Даже доллар так не держится.
— Может, это мировой кризис? — интересуется покупатель.
— Мировой? — смеётся Саид. — Да я этот кризис вчера на базаре купил! Полкило — кризис, кило — мировой.
В народе давно поняли: чтобы выжить, надо уметь объяснять. Объяснение — это вторая профессия. Пока на Западе инфляцию считают приборами, у нас её ощущают сердцем и желудком. Если народ начал шутить — значит, жизнь опять подорожала.
Чиновник против инфляции
Тем временем чиновник бодро отчитывается по телевизору:
— Дорогие сограждане! Мы активно боремся с ростом цен.
— А что, они уже выросли? — удивляется тётя Гуля с рынка.
— Нет, но мы боремся на упреждение, — уточняет чиновник. — Поэтому, если цены вырастут — значит, не зря боролись.
И вот странное дело — борются годами, а цены всё равно растут. Может, это у них не борьба, а фитнес?
Маленькая победа большой падлы
На совещаниях звучат слова: «инвестиции», «оптимизация», «новые тарифы». Народ эти слова уже переводит без словаря.
«Инвестиции» — значит, ещё подорожает.
«Оптимизация» — кого-то уволят.
«Новые тарифы» — готовь кошелёк.
А ведь когда-то «падлы» были незаметны. Сидели тихо, прятались за чужими решениями. Теперь же — в прямом эфире, с улыбкой. Рассказывают, что всё ради народа. Народ слушает, кивает, а потом идёт платить — за воду, свет, мусор и воздух. Они не производят товар — они производят оправдания. У них своя экономика — экономика объяснений. По сути, «падлы» — это те же разбойники с большой дороги, облаченные властью. И напрашивается вопрос: а в самом деле народ достоин своих «падл»? Да, если не борется с «падлами».
Падлы и народ: гармония интересов
Итак, народ терпит — падлы богатеют.
Народ шутит — падлы не обижаются.
Народ молчит — падлы процветают. Гармония!
А ведь «падлам» тоже нелегко: нужно объяснять, почему всё дорожает и при этом, не моргая глазом.
И только Ахмед с базара философствует:
— Мы, народ, как аккумулятор. Нас заряжают обещаниями, а разряжают тарифами.
— И что делать? — спрашивает репортёр.
— Да всё просто. Пока мы шутим — мы живы. А когда перестанем — тогда и падлы заплачут.
Мораль сей басни
Доллар растёт и падает, но не он главный дирижёр. Главные — те, кто привык управлять всем остальным. Их не волнуют курсы валют, у них своя валюта — бесстыдство, лицензированное на уровне системы.
Так что, как сказал Ахмед, философ с базара: «Не доллар виноват, брат, а падлы. А тарифы — это просто их лучший бизнес-план».
Падлы бывают в каждом обществе. Разница лишь в том, что где-то их называют «лоббистами» и контролируют, а где-то — «ответственными лицами» и награждают.
Но народ живёт дольше любой «падлы». Потому что у народа есть то, чего у них нет — чувство юмора и память.
А это, как показывает история, сильнее любого курса доллара.
134 
