Жанр "Роман, проза" аудиокниг на Audiobukva.com, страница 902

По выходу картины «Молчание ягнят», проныры из Академии киноискусства задумались: а откуда взялся доктор Лектор? Кто явился прообразом? Такие Герои не падают с небес и не возникают из ниоткуда. Всегда есть некое… некий вдохновитель. И пускай он уступает киношному двойнику в харизме, но он… есть. Или был.

Виктор Платонович Некрасов родился 4 июня 1911 в Киеве. В 1936 окончил Киевский строительный институт, параллельно проходил обучение в театральной студии при театре. После окончания института работал актёром и театральным художником. С 1941 по 1944 Некрасов был на фронте полковым инженером и заместителем командира саперного батальона, участвовал в Сталинградской битве, после ранения, в начале 1945, был демобилизован. Повесть «В окопах Сталинграда», опубликованная в 1946 в журнале «Знамя», была одной из первых книг о войне, написанных объективно и правдиво, и принесла писателю подлинную славу. Некрасов получил Сталинскую премию 2-й степени. По мотивам повести и по сценарию Некрасова в 1956 году был снят фильм «Солдаты», отмеченный премией Всесоюзного кинофестиваля. Близким другом Виктора Некрасова был Ян Карлович Вассерман. В 1960-е посетил Италию, США и Францию. Свои впечатления писатель описал в очерках, за которые был обвинен в «низкопоклонстве перед Западом». В 1974 году вынужденно покинул страну, эмигрировав во Францию. За границей он продолжал работать: писал прозу, статьи для газет и журналов, готовил передачи для радио, читал лекции о русской литературе. Награждён французским орденом Почётного легиона. Умер 3 сентября 1987 года в Париже.Похоронен на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа. Содержание: Рассказы: 1.Сенька 2.Август-Фридрих-Вильгельм 3.Судак 4.Вторая ночь Кира Георгиевна (1959)(повесть) Маленькие портреты: 1.Луначарский 2.Чужой 3.Станиславский 4.Василий Гроссман 5.Паустовский 6.Вишневский 7.Чуковский 8.Игнатьев 9.Платонов 10.Твардовский 11.Неюбилейные признания 12.Дом Турбиных 13.Алина Антоновна Месяц во Франции (путевые очерки)

Тема эмиграции в XX столетии настоятельно ждет всестороннего исследования в ряду традиционных и новых «белых» пятен отечественной истории (при нашем относительно глубоком знании проблемы. Не много мы знаем о судьбах миллионов наших соотечественников, покинувших в поисках лучшей доли царскую Россию. Еще более тяжело сложились судьбы миллионов людей, оказавшихся после 1917 года вне пределов Советской России и СССР. Послеоктябрьская эмиграция, вошедшая в исторические анналы как «белая эмиграция», отчетливо помечена печатью драмы. А чаще трагедии. Один из немногих ее историков «оттуда», Петр Ковалевский, отмечая: «.покинуло Россию после революции 1917 года около миллиона людей»,— пишет, что «.в мировой истории нет подобного по своему объему, численности и культурному значению явления, которое могло бы сравниться с русским зарубежьем. Русское рассеяние превзошло все бывшие до него и по числу и по культурному значению, так как оно оказалось центром и движущей силой того явления, которое обычно называют русским зарубежьем, но которое следовало бы называть «Зарубежной Россией». Это русское зарубежье может быть исчислено между 9 и 10 миллионами человек». Русские составили абсолютное большинство белой эмиграции. По данным нескольких регистраций эмигрантов — от 90 до 95 процентов. Октябрьский вихрь, вздыбивший и перевернувший до основания Россию, вымел за пределы страны не только активных участников белого движения, представителей эксплуататорских классов — помещиков и капиталистов, но и многих рабочих и крестьян, насильственно мобилизованных в белые армии и затем вывезенных за границу, сомневающихся, колеблющихся интеллигентов, бежавших от ожесточеннейшей борьбы за новый политический строй. СодержаниеАфанасьев А.- Неутоленая любовь От составителя Проза Бунин Иван — Окаянные дни Бунин Иван — Конец Цветаева Марина — Вольный поезд Алданов Марк — Убийство Урицкого Наживин Иван — Распутин Брешко-Брешковский Николай — Дикая дивизия Осоргин Михаил — Там, где был счастлив Букетов Фёдор — Американская русь Горный Сергей — На родине Тэффи — Рассказы Аверченко Аркадий — Дюжина ножей в спину революции Дон Аминадо — Дым без отечества Поэзия Амари Белый Андрей Берберова Нина Бунин Иван Божнев Борис Гиппиус Зинаида — Зеркала повсюду Злобин Владимир Крандиевская Наталья Савин Иван Сирин (псевдоним Владимира Набокова) Ходасевич Владислав Цветаева Марина Черный Александр Тэффи Аминадо Дон Драматургия Сургучев Илья — Реки вавилонские Философия Степун Фёдор — Мысли о России Лосский Николай — Органическое строение общества и демократия Демидов Игорь — Думы о православии Франк Семён Людвигович — Крушение кумиров Публицистика Вишняк Марк — На родине Авксентьев Николай — Patriotica Иванов Петр — La dame de Paris Муратов Павел — Искусство и народ Долгоруков Петр — Чувство родины Устрялов Николай — В борьбе за Россию Яворский Ю — К новому миру Сорокин Питирим — Нравственное и умственное состояние современной России Кускова Екатерина — А что внутри? Мемуары Волконский Сергей — О декабристах Репин Илья — О графе Льве Николаевиче Толстом Брешковская Катерина — Три анархиста: П.А. Кропоткин. Мост. Луиза Мищель Джанумова Елена Францевна — Мои встречи с Григорием Распутиным Набоков Константин Дмитриевич — Испытание дипломата Сухомлинов Владимир — Воспоминания Керенский Александр — Февраль и Октябрь Арбатов Зиновий Юрьевич — Екатеринослав 1917-1922 гг. Краснов Петр — На внутреннем фронте Савинков Б.В. — Борьба с большевиками Гиппиус Зинаида — Петербургские дневники Критика Шестов Лев — Преодоление самоочевидности Цетлин Михаил — Иван Бунин. Роза Иерихона Осоргин Михаил — Российские журналы Бальмонт Константин — Марина Цветаева Крайний Антон — Полет в Европу Крайний Антон — О молодых и средних Слоним Марк — Живая литература и мертвые критики

Послеоктябрьская эмиграция, вошедшая в исторические анналы как «белая эмиграция», отчетливо помечена печатью драмы. А чаще трагедии. Один из немногих ее историков «оттуда», Петр Ковалевский, отмечая: «.покинуло Россию после революции 1917 года около миллиона людей»,— пишет, что «.в мировой истории нет подобного по своему объему, численности и культурному значению явления, которое могло бы сравниться с русским зарубежьем. Русское рассеяние превзошло все бывшие до него и по числу и по культурному значению, так как оно оказалось центром и движущей силой того явления, которое обычно называют русским зарубежьем, но которое следовало бы называть «Зарубежной Россией». Это русское зарубежье может быть исчислено между 9 и 10 миллионами человек». Русские составили абсолютное большинство белой эмиграции. По данным нескольких регистраций эмигрантов — от 90 до 95 процентов. Октябрьский вихрь, вздыбивший и перевернувший до основания Россию, вымел за пределы страны не только активных участников белого движения, представителей эксплуататорских классов — помещиков и капиталистов, но и многих рабочих и крестьян, насильственно мобилизованных в белые армии и затем вывезенных за границу, сомневающихся, колеблющихся интеллигентов, бежавших от ожесточеннейшей борьбы за новый политический строй. СодержаниеА. Афанасьев. Без России От составителя Проза А. И. Куприн. Купол Св. Исаакия Далматского Марк Алданов. Современники: Сталин Луначарский А. Ремизов. Взвихренная Русь Андрей Седых. Там, где была Россия Бронислав Сосинский. Махно Леонид Зуров. Отчина Семен Юшкевич. В Галатских переулках Ночная бабочка Александр Плещеев. Без ужасов: Театральная аристократия Газетчики Юрий Галич. Волчий смех: Поручик Мирович Гибель Макарова Любовница Петра Великого Ив. Лукаш. Дворцовые гренадеры Не вечерняя Дурной арапчонок Дмитрий Шаховской. Несколько мыслей о поэзии Мемуары Василий Шульгин. Три столицы А. И. Деникин. Очерки русской смуты Г. Соломон. Среди красных вождей А. Тайгин. В Берлин с русским золотом Аркадий Столыпин. П. А. Столыпин (1862—1911) Алексей Гирс. Смерть Столыпина Сергей Минцлов. Трапезондская эпопея Василий Маклаков. Власть и общественность на закате старой России Александр Кизиветтер. Из воспоминаний восьмидесятника Ю.Н. Данилов. Мои воспоминания об императоре Николае II и великом князе Михаиле Александровиче Поэзия Георгий Адамович Вадим Андреев Наталия Борисова Иван Бунин Александр Гингер Довид Кнут Галина Кузнецова Антонин Ладинский Семен Луцкий Владимир Познер Анна Присманова Даниил Резников Михаил Струве Юрий Терапиано Философия С. Н. Булгаков. Карл Маркс как религиозный тип И. А. Ильин. Родина и мы Публицистика М. Арцыбашев. Записки писателя Павел Милюков. Россия на переломе Ст. Иванович. Ташкентцы за границей Е. Сталинский. Десять лет Критика Владимир Лебедев. Тайна посмертного рассказа Д. Святополок-Мирский. Есенин Борис Зайцев. Н. А. Тэффи. Городок Александр Кизиветтер. Красный архив за 1927 год Марк Слоним. Десять лет русской литературы

В настоящем сборнике Павича собраны новеллы: Стеклянная улитка Корсет Дамаскин Шляпа из рыбьей чешуи

«Похитители красоты» — захватывающий триллер, не отпускающий читателя до последней страницы. По духу, эта книга — нечто среднее между «Коллекционером» Фаулза и «Беладонной» Молинэ, только она еще больше насыщена событиями и интригой. «Красота есть высшая несправедливость. Одной лишь своей внешностью красивые люди принижают нас, вычеркивают из жизни — почему им все, а нам ничего?.. А теперь, господа, подумайте: если вы, как и я, готовы признать, что красота есть гнусность и преступление против человечества, надо делать выводы. Красивые люди наносят нам оскорбление, а значит, должны быть наказаны...»

«Гений и богиня» — умная и тревожная фантасмагория, история противостояния духовной личности отупляющему стандартизированному «прогрессу».

Вторая мировая война застала Лиона Фейхтвангера в небольшой французской деревушке Санари-сюр-Мер. Вскоре его как иностранца подвергают аресту и отправляют в лагерь для интернированных лиц. Под покровом ночи он совершает дерзкий побег, перебирается через Пиренеи в Испанию, оттуда — в Соединенные Штаты. О днях в лагере Фейхтвангер написал книгу «Черт во Франции» с подзаголовком «Пережитое». Примечательна концовка книги: «Я стою на пороге старости. Страсти мои уже не так сильны, как прежде, слабее и вспышки моего гнева, умереннее мой энтузиазм. Бога я встречал во многих обличьях и черта тоже. Но моя радость при встречах с Богом теперь не уменьшилась, впрочем, остался и страх перед чертом. Я узнал, что человеческая глупость и злоба неистовы и глубоки, как все океаны мира, вместе взятые. Но я узнал также, что защитная дамба, возводимая меньшинством, состоящим из людей добрых и мудрых, день ото дня растет все выше и выше».