Жанр "Роман, проза" аудиокниг на Audiobukva.com, страница 903

Написанное в 1950—1951 годах, одно из первых знаковых произведений, провозгласивших свободу слова на территории СССР и раскрывших небольшую долю происходивших в финале коммунистического уничтожения населения событий. Разворачиваются они на территории трудового лагеря строгого режима, где-то в Сибири, и рассказывает о них — об одном своем прожитом дне — зек Иван Денисович Шухов, бывший крестьянин, призванный в 41-м на войну, и, вскоре, попавший в плен к немцам. Но из плена лесами спасшийся и схваченый красными пограничниками. Как и большему числу беглых из немецких лагерей русским солдатам герою предъявлено обвинение в шпионаже, под пытками одета статья 58, 56, «Измена родине» — и 10 лет ссылок, каторжных работ и лагерей. Быт, законы жизни, взаимоотношения зеков, их истории, как и происходящее в течении трудового дня и свободного времени, описано Солженицыным со свойственной духу места подачей и является книгой, предвосхищающей его основное произведение — «Архипелаг Гулаг».

Героиня романа приезжает на старомодный европейский курорт за покоем и счастьем. Всю жизнь она воевала с самой жизнью. Жила по правилам, без прикрас, говорила правду в глаза, а оказалась в мире безмятежности, старых денег и красоты. Она рушит этот мир вокруг себя, потому что иначе не умеет, не получается. Она победила и она разбита…

Это рассказ о летчице, которая исполняет свой долг, несмотря на грозящие ей опасности. Озвучено специально для проекта Аудиокниги Клуб  

«Тьма стала постепенно рассеиваться. Глухая чернота потихоньку начала прореживаться серыми бликами. Появилось нечто похожее на мерное колыхание, сопровождающееся тихими-тихими вздохами. В просветляющейся дали Петр Андреевич очень смутно увидел густой лес, вернее, его опушку, подступающую к обрывистому берегу небольшой речки. На самом краю этого обрыва виднелась тоненькая фигурка. Похоже, это была девчушка лет пяти-шести. Голову ее покрывал белый платочек. Иногда казалось, что она кому-то машет рукой, очень неуверенно и застенчиво. От ее неясного силуэта исходило нечто радостное и одновременно грустное, какая-то тихая и печальная отрада. Это мягкое, ласкающее воздействие уводило память Петра Андреевича в далекое детство, всегда представляемое им в неразрывной связи с дорогим образом бабушки. Появилось желание поближе рассмотреть манящую его картину, но непонятно почему вдруг стремительно стал наступать сизый туман, заволакивающий и лес, и берег речки, и девчушку в белом платочке. Появилось чувство особой легкости, перерастающее в ощущение полета. Пространство начало наполняться не то пением, не то звуками каких-то музыкальных инструментов. Перед Петром Андреевичем появился яркий просвет в виде идеально прямого пространства широкого коридора. Жесткая и аккуратная сила понудила его войти в этот коридор и устремиться по нему вдаль. Было трудно понять, сколько прошло времени. Но вот на пути возникло роскошное седалище, необыкновенной красоты и значимости трон, на котором скорее не восседал, а скромно присутствовал седой бородатый старик с суровым лицом аскета и добрыми-предобрыми глазами. От него исходил странный, неземной свет, ласкающий и одновременно давящий. Невесть откуда взявшаяся спокойная сила повелела Петру Андреевичу опуститься на колени».

Девчонка из потерянного поколения 90-х, брошенная родителями наркоманка, на первый взгляд циничная и развратная, мечтает обрести смысл жизни, но находит лишь смысл смерти.

Из цикла «Тюремные рассказы». Это рассказ о молодом заключенном Игорьке, который, как ему казалось, мог противостоять тюремной системе.

Жизнь – это миг. Настоящий врач — всегда врач, несмотря на погоду, личную жизнь, желания.

Каждое утро Ёсико работала над своим новым романом, но прежде этого просматривала корреспонденцию. В этот раз она обнаружила среди писем рукопись без названия и имени автора. И настолько это повествование отличалось от того, что обычно присылали Ёсико молодые литераторы, что она забыла обо всем, погрузившись в историю человека, ведущего очень странную жизнь…